В этом выпуске мы сменили родительский страх «а вдруг мой ребенок не будет читать» на другой, не менее тревожный, — «а если он будет слушать плохую музыку». Чтобы разобраться, существует ли вообще хорошая музыка и можно ли развить музыкальный вкус у ребенка, мы пригласили музыковеда и лектора Анну Виленскую. Говорили о том, чем детская песня отличается от поп-песни, так ли уж прост «Синий трактор» и знал ли Моцарт, что пишет самую узнаваемую колыбельную в истории. Отдельно обсудили новогодние песни: если взять мажор, добавить звук колокольчиков, переходы между третьей и пятой октавой, гарантированно получим зимнюю праздничную песню — но для советских новогодних хитов эта формула не работает. Будем ли мы с детьми ходить на одни концерты в будущем — поговорим в этом выпуске.

Оказывается, есть такой термин — дети «третьей культуры». Это дети экспатов и мигрантов, которые формируют в себе микс родительской культуры и культуры страны проживания. Таких детей, наших детей, мы обсудили в новом выпуске «Мойдодыра Раскольникова» с Настей Чуковской — праправнучкой Корнея Чуковского, эмигранткой и опытной мамой. Также мы говорили об этических проблемах «Бармалея», детской тоске от невозможности стать «хорошим венгерским мальчиком» и травме, с которой мы столкнулись в 2020-х. Когда и как говорить с детьми об истории, стоит ли обсуждать ее самые страшные моменты и как книги могут помочь начать этот разговор.

Классика из школьной программы, Смешарики и мультикультурный Винни-пух: что формирует причастность к русской культуре, если ты — ребенок родителей из России в британской школе? Как полюбить чтение, если все истории, что рассказывает папа, — про «студента, зарубившего бабушку топором» или собаку, охранявшую советский лагерь, — мрачные и потом снятся в кошмарах? Чему можно научиться у стримеров? И правда ли, что однажды посмотрев мультфильм про Кроша и Бараша, ты не забудешь их никогда? Об этом — и о том, как устроены британские школы без оценок, но с дисциплиной — мы поговорили с журналистом и публицистом Олегом Кашиным. Национальная идентичность: норм или стрем? Южный океан существует или нет? Как Грета Тунберг одна спасет всю планету, и кто важнее — Юрий Гагарин или Салли Райд, первая астронавтка NASA?

Лишний человек, маленький человек, женские образы Пушкина, «луч света в темном царстве» Островского, «что хотел сказать автор»: стандартизированные темы школьных уроков литературы. Это клише или важная часть нашей культуры?  Каждый человек, выросший в России, помнит, как Наташа Ростова переживала свой первый бал, как князь Андрей разговаривал с дубом, и знает, почему Соня Мармеладова — это про правду, а не про смирение. Но как вообще произведения попадают в школьную программу? Можно ли использовать ее как эталонную выборку с  ребенком  при самостоятельном чтении. Чему могут — и чему должны учить уроки литературы сегодня?  Об этом поговорили с самым известным литературным критиком страны, Галиной Юзефович.

В третьем выпуске подкаста «Мойдодыр Раскольников» мы говорим о культурном коде — русском и французском, обсуждаем, что ждет наших детей в школе за границей, проживут ли они без Пушкина и Эрмитажа. Выясняем, как слоненок Бабар влияет на моральные ориентиры, есть ли объективно значимые литературные произведения, может ли одна национальная культура быть более великой или менее? В гостях — журналистка, кинокритик и мама Зинаида Пронченко и журналист, папа Максим Заговора.

Как семья влияет на речь и особенности языка малыша. А если это иностранный язык? Почему изучение новой культуры — это совместная работа родителя и ребенка? Может ли Данте быть первой книжкой младенца, можно ли укачать ребенка под панк-рок? Почему сказки такие нелогичные? Правда ли, что истории про животных — вредные? Гости второго эпизода «Мойдодыра Раскольникова» — филолог и автор канала «Армен и Фёдор» Армен Захарян и журналистка, молодая мама Аня Косинская.

В первом выпуске подкаста «Мойдодыр Раскольников» мы говорим о советской детской литературе — книгах, которые читали наши бабушки и родители, а теперь читаем и мы своим детям. Почему за столько лет новых героев не появилось, а мы продолжаем цитировать Айболита и «Зайку бросила хозяйка»? Что в этих книжках — идеология, а что просто талантливая литература? И при чём здесь ностальгия? Об этом — разговор с Юрием Сапрыкиным и Максимом Заговорой.