Знаете, что изображено на самой первой рождественской открытке в истории? Пьющие дети. Да-да, маленькие дети, которым взрослые наливают вино прямо за праздничным столом. Викторианская Британия 1843 года была в шоке. Но это только начало истории о том, как чопорные викторианцы с их репутацией пуритан создали самый коммерческий праздник в мире.
Гитлер правил 12 лет. Муссолини — 21 год. Сталин — 29 лет. Франко — 36 лет. А Антонио Салазар? 40 лет. Этот застенчивый профессор экономики из португальской глубинки стал самым долгоживущим диктатором Западной Европы. И знаете, что самое паршивое? Он был изумительно эффективен в своём деле. Если бы давали Оскары за техническое мастерство диктатуры, он бы получил всех.
В Лиссабоне есть особая магия, которую не запихнёшь в туристический буклет. Может, это свет. Тот самый золотой, который делает жёлтый камень крепостных стен похожим на застывший мёд. Может, это река Тахо, растекающаяся в то, что португальцы зовут Соломенным морем. А может, это просто накопленный вес всех цивилизаций, которые выбирали это место, чтобы воткнуть флаг, построить храм и похоронить мёртвых. Три тысячи лет одной и той же истории: приходят, завоёвывают, строят, уходят. А город остаётся.
Представьте: 1763 год, французский аптекарь выходит из прусского плена и начинает всем рассказывать, что нашёл решение проблемы голода в Европе. Коллеги крутят пальцем у виска – парень три года сидел в лагере, жрал одну картошку, и теперь у него, видимо, крыша поехала. Но через поколение именно этот чудак спасёт миллионы жизней с помощью липовых охранников, краденых клубней и театрального гения, которому позавидовал бы сам Станиславский. Это история о том, как тюремная баланда стала спасением континента, а заключённый номер 247 – картофельным пророком Европы`
История Салема не про ведьм. Это про людей, которые слишком уверены, что знают, где добро, и кому положено гореть.
В 1692-м в Массачусетсе двадцать человек умерли за преступления, которых не существовало.
И если ты думаешь, что мы стали умнее, но подожди минуту. Каждый век просто меняет слова.
Сегодня мы не жжём ведьм: мы «боремся с дезинформацией» и «охраняем мораль».
Но дым всё так же попахивает.
Когда-то монахи молились в этих стенах за победу над неверными.
Через восемь веков те же стены стояли на берегу Майами-Бич, окружённые пальмами и свадебными фотографами.
История пересекла океан в ящиках, а вместе с ней — странное человеческое желание не просто помнить прошлое, а владеть им.
Америка не украла у Европы её наследие — она просто переписала его на свой лад.
Ещё недавно учёные были уверены: история цивилизации началась после ледникового периода. Сегодня археологи находят следы городов и культур, которые существовали задолго до “начала истории”. Если спуститься в прошлое достаточно глубоко, история перестаёт быть чужой.
Мы видим не “доисторических людей”, а самих себя. Просто без интернета, без кофе и без иллюзий.
От бедного семинариста до «вождя народов».
История Иосифа Сталина — как зеркало века, в котором отражается всё: вера, страх и власть.
48 лет, 8 президентов, десятки войн — больших и малых. Через все это прошел один человек, ни разу не сменив кабинет. Джон Эдгар Гувер превратил крошечное Бюро расследований в империю с десятками тысяч агентов. Но какой ценой?
В то время как в СССР разваливалась империя, а в Европе падала Берлинская стена, Америка воевала с невидимым врагом. Враг был везде: в рок-музыке и детских игрушках, в настольных играх и дошкольных учреждениях. Имя ему — Сатана. И война с ним разрушила тысячи жизней.
Он правил ФБР почти 50 лет. Его боялись президенты и конгрессмены. Но однажды маленькая группа «домушников» в пух и прах разбила легенду Дж. Эдгара Гувера.
Вы когда-нибудь задумывались, почему одни учёные остаются в учебниках, а другие становятся интернет-легендами? Никола Тесла — идеальный пример второго типа. Сегодня разберём, как сербский эмигрант стал мемом XXI века.
4700 военных, 13 кораблей, авианосец, подлодка, 33 самолета - и все это для 'научной экспедиции' в Антарктиду в 1947 году. Для сравнения: на всю войну в Тихом океане иногда выделяли меньше ресурсов. Либо американцы очень любили пингвинов, либо искали что-то совсем другое..."
Сегодня мы доверяем врачам свои жизни. А что если через сто лет наши методы лечения будут казаться такими же дикими, как лоботомия ледорубом? Экскурс в медицинское прошлое, которое лучше не повторять.
Что общего между хиппи-движением 1960-х, Унабомбером и убийством Мартина Лютера Кинга? Все они могут быть связаны с одной секретной программой ЦРУ. Программой, которая должна была создать армию зомби-убийц на задании правительства США, а вместо этого породила целое поколение параноиков, психопатов и борцов с системой. Добро пожаловать в извращённый мир MKUltra.
Что общего между встречей Гитлера и Франко в 1940 году и визитом президента Эйзенхауэра в Мадрид в 1959-м? Да, удивительная способность испанского диктатора менять политические маски. Франсиско Франко, который отчаянно хотел воевать на стороне нацистов, через двадцать лет превратился в почётного союзника демократической Америки. В этом выпуске конец истории самого живучего диктатора XX века
Франсиско Франко-и-Баамонде, человек, который называл себя спасителем Испании, стал её палачом. Генерал, который клялся служить отечеству, разорвал его на части. Католик, который говорил о христианских ценностях, пролил реки крови.
Что общего между маленьким испанским городком Эль-Ферроль и массовыми убийствами времен гражданской войны? Ответ — Франсиско Франко, человек, который начинал как неудачник из провинции, а закончил как диктатор, переживший всех своих современников. В этом выпуске — история детства и юности будущего Каудильо, его путь от изгоя в военной академии до героя колониальных войн, и о том, как в марокканских пустынях рождался один из самых жестоких режимов XX века
Барселона — город, где День независимости отмечают в память о поражении, где анархисты когда-то управляли трамваями, а архитектор полтора века строит храм и не торопится его заканчивать. История, которая читается как авантюрный роман, только все это происходило на самом деле.
Мы погрузимся в историю папских выборов — от диких дней, когда Папу могли избрать, просто увидев голубя над его головой, до строгого ритуала, где 133 кардинала решают судьбу католицизма за закрытыми дверями. Мы проследим, как итальянцы доминировали на Святом престоле почти полтысячелетия, и почему избрание Роберта Фрэнсиса Превоста знаменует окончательный конец этой эры