Часть 4 — это финальный рывок, где усталость становится постоянным фоном, а цель на горизонте держит сильнее любого кофе. Мы выезжаем из Красноярска и понимаем: впереди не просто расстояние — впереди масштаб. Дорога растягивает Сибирь до бесконечности, заставляя по-новому чувствовать километры, реки, перевалы и время. Здесь каждый день требует терпения, а каждый поворот обещает новый пейзаж, который будто компенсирует всё физическое утомление. Путь к Байкалу — отдельное испытание: мы строим маршрут так, чтобы увидеть озеро с двух сторон, но планы постоянно корректирует реальность. Ночёвки — то в посёлке, то на найденном в сумерках поле, где важнее не «самое красивое место», а безопасность и возможность выдохнуть. Иркутск становится короткой паузой: город тёплый, уютный, будто созданный для восстановления. Но Байкал со стороны Иркутска неожиданно разочаровывает — величие остаётся, а картину портят мусор, хаос застройки и ощущение, что природа здесь слишком часто оказывается беззащитной. Зато дальше озеро раскрывается иначе — через Забайкальский национальный парк, бездорожье, поздний приезд, костёр на берегу и утро, которое запоминается навсегда. Дикая природа рядом буквально физически: лай собак — как сигнал тревоги, медвежонок проходит у лагеря так, будто человека не существует. Это тот самый Байкал из мечты — живой, свободный, огромный. И одновременно тревожный: разговор об отсутствии рыбы, влиянии бакланов и регулировании уровня воды заставляет задуматься о хрупкости даже самых величественных мест. Дальше — горячие сероводородные источники как странная, но очень нужная «перезагрузка» после дороги. Чита ощущается суровее и напряжённее — здесь осторожность становится частью быта. Затем начинается один из самых длинных отрезков: путь к Благовещенску через тайгу, ночёвки у рек, поиск съездов и реальность, где многие красивые места оказываются завалены мусором. Вечер у реки Чёрной с рыбаками сначала кажется случайностью, а потом превращается в ту самую человеческую историю, ради которой путешествия и существуют. Благовещенск — город на границе двух миров, Амур как линия соприкосновения России и Китая, и ощущение, что география здесь работает иначе. Дальше — Хабаровск, мост через Амур как символ масштаба, и наконец — Владивосток. Финиш, в который трудно поверить: город встречает мощью мостов, заливов, островов и странной, но точной формулой местных — «широта крымская, долгота колымская». Владивосток оказывается не финалом, а кульминацией: морская кухня, Русский остров, ощущение другой России — восточной, солёной, ветреной. И главное — остаётся понимание: запоминаются не даты и километры, а состояния. Встречи. Тишина на берегу. Свет костра. И то, как дорога меняет тебя, пока ты просто едешь вперёд.

Часть 3. Через Горы Алтая и Сибири на Восток — это момент, когда дорога перестаёт быть маршрутом и становится испытанием. За привычными километрами начинается другое измерение: холодный воздух, тишина, которая давит и успокаивает одновременно, и природа, в которой человек — не хозяин, а временный гость. Алтай встречает не открыткой, а масштабом: реки, горные хребты, ночи под открытым небом и ощущение, будто время здесь течёт иначе. В какой-то момент все планы ломаются из-за простой паузы у Обского моря — вы задержались, потеряли световой запас, и к Алтаю подъезжаете уже на грани темноты. Дальше — тревожные поиски ночлега по Чуйскому тракту, неуверенность, рассказы местных о «не самых дружелюбных» встречах и частная земля, где легко оказаться «не там». Ночёвка у Катуни становится компромиссом между безопасностью и необходимостью остановиться. Палатка, фарный свет, резкий горный холод и внезапный ливень, который превращает ночь в проверку на выносливость. Внутри — горячий чай, горелка, короткие разговоры и чувство, что контроль здесь условен. Даже датчики движения по периметру — скорее способ вернуть себе спокойствие, чем реальная гарантия. Утром вы замечаете таблички «частная собственность» — и понимаете, насколько тонкой бывает грань между приключением и ошибкой. Дальше начинается Алтай «в лоб»: путь к перевалу Ачик (2500 м), поваленное дерево, которое приходится рубить топором, реки вброд, вязкая глина, крутые подъёмы и участки, где до обрыва остаются считанные сантиметры. Здесь важно не столько «доехать», сколько удержаться в концентрации. И именно поэтому вершина ощущается кульминацией — не победой, а редкой точкой тишины, где наконец видно, зачем были все эти километры. Алтайский (и Горный) Марс добавляет ощущение другой планеты: песок, камень, пустота, граница с Монголией рядом — и одновременно абсолютная свобода. Дальше — финальные ночёвки у слияния Катуни и Большого Яломана, Манжерок как спокойная пауза, случайная, но тёплая встреча в Бочкарях, ночи у озера Большого и дальше — к Саяно-Шушенской и Красноярской ГЭС, где величие природы вдруг сталкивается с величием инженерной мысли. Красноярск становится «островом порядка» и передышкой перед главным: впереди Дальний Восток, другой масштаб, другой ритм и продолжение пути, который уже меняет вас — и с каждым днём всё сильнее.

Открываем Россию на Tank300 в рамках проекта "Километры прогресса". Это путешествие началось ранним утром в Сколково — с ясным небом, ровной дорогой и ощущением, что впереди не просто километры, а череда настоящих открытий. Маршрут, растянувшийся на тысячи километров, стал движением сквозь города, смыслы и состояния — от инновационных центров до дикой природы, от шумных мегаполисов до ночёвок под звёздным небом. Первый день задал тон всей дороге: спокойное, уверенное движение, встречи с единомышленниками на заправках, разговоры о технологиях и будущем, музыка между остановками и ощущение редкого единения с дорогой. Нижний Новгород встретил вечерней тишиной и стал точкой короткой передышки перед следующим рывком. Казань и Иннополис показали другую Россию — технологичную, динамичную, ориентированную на будущее. Город беспилотных такси, роботов-курьеров и молодых специалистов ощущается не экспериментом, а уже сформировавшейся реальностью, где инновации встроены в повседневную жизнь. Уфа удивила культурной глубиной, живой арт-сценой и особой атмосферой праздника — 450-летие города ощущалось в деталях, в людях, в ночных улицах и разговорах. Это был важный эмоциональный поворот маршрута — от технологий к культуре, от скорости к созерцанию. Екатеринбург стал настоящим открытием. За пятнадцать лет город изменился до неузнаваемости: небоскрёбы, современные кварталы, смелая архитектура и при этом — бережно сохранённая история. Это город, где индустриальное прошлое не спорит с будущим, а усиливает его. Дальше — Урал во всей своей первозданной силе. Уральский Марс с его «неземными» пейзажами, внедорожные испытания, карьеры, камни и ощущение абсолютной свободы. Здесь дорога перестаёт быть маршрутом и становится приключением, требующим доверия — и к машине, и к себе. Тюмень встретила спокойствием и гармонией: каскадные набережные, утренний свет, ощущение города, который умеет быть современным и при этом сохранять связь с природой. Омск показал контраст эпох — от купеческой архитектуры до ультрасовременных объектов, а Новосибирск — интеллектуальную мощь Сибири, Академгородок, науку и масштаб мысли. Финальным аккордом первой части стала дорога к Алтаю — длинная, непростая и очень ожидаемая. Впереди — первая ночь в палатке, костёр, тишина и полное отключение от привычного ритма. Это не просто автопутешествие. Это движение через Россию как пространство — живое, разное, сильное. И это только начало.